О разном

Ехать поездом быстро к неизвестной государства, чтобы вдали от Родины — первая мысль. Подальше… До новых впечатлений, новых событий.

Первого июля группа второкурсников ПДАБА, будущих архитекторов, прибыла в Польшу, а именно в Познани, на, как тогда казалось, живописную практику — познавать и изображать зарубежное государство.

Как выяснилось потом, к лучшей группы, по мнению поляков, принадлежали и мы с сестрой. Но то ли звезды стали в магической последовательности, то ли случайно, но польский живописная практика превратилась в проектировочные практику. Задача, на первый взгляд, не сложная — сделать проект парке города Известь (ударение на первый слог), где мы и жили следующие две недели. Но чем дальше в лес, тем больше дров. Оказалось, что мы не первые работали над этим проектом, в прошлом году здесь была группа из Нидерландов, также к работе привлекались студенты из Познани. Запад, в целом, был на государственном уровне, к тому же проект был спонсируемого Евросоюзом.

«А оно и было таковым с самого начала, — скажет кто-то, — потому учредила Екатеринослав русская царица Екатерина II».

Так, учредила. Заключила кирпич в фундамент Преображенского собора, впоследствии прибыло несколько российских чиновников, и все. Население-то с собой царица не привезла. Тем более с такими украинскими фамилиями, как Коваль, Коваленко, Бондаренко, Гончаренко, Кравченко, Олейник, Прокопенко, Остапенко, Пилипенко, Руденко и другими, самыми распространенными в Днепропетровске.

Не следует забывать, что город «Екатеринослав» основывалось не на пустом месте. Еще Д. И. Яворницкий упоминал о казацкий город Новый Кодак, которое, по его словам, с 1787 (год основания Екатеринослава) по 1791 г. «заменяло собой будущий новый Екатеринослав и поэтому в живом языке и в некоторых официальных документах (церковных и государственных — О.Р.) называлось городом Екатеринославом II».

Об интервью мы с Любко договорились 28 апреля в Харькове — на Фестивале литературного слема.

Местом встречи стала Последняя Баррикада, но, несмотря на шум с гоготом, стоявшие в ту пору в Баррикады, наше общение приобрело очень приятной формы вечернего моциона улице Сумской в Парк Горького, который оказался прекрасным местом для окололитературных дискуссий. Там, на детской площадке, под птичий щебет и подул апрельского харьковского ветра, интервью приобрело форму спокойной, теплой беседы, отрывки которой выносятся на суд придирчивого читателя.

- Я читал много твоих интервью, тебе часто задаваемые вопросы, связанные с твоей молодостью и «ранним созреванием» в литературе. Как ты относишься к подобным взглядам на свое творчество? Есть какие-то связанные с этим надежды на «НАМЕРЕНИЕ» — взрослый произведение взрослого писателя — мол, наконец закончатся разговоры о «юного гения»?

- Светлана, прочитав несколько твоих интервью, понимаешь, что наших журналистов ты оставляешь растерянными, и, по-моему, они тебя немножко боятся.

- Сомневаюсь, что журналисты могут кого-то бояться — боятся люди, у которых есть совесть. Природа их растерянности очень проста: когда определенное лицо выходит на какой-то минимальный уровень публичности, журналисты сразу — для дальнейшей удобства в пользовании — пытаются прицепить к ней какую наклейку. Если у человека есть «имидж», то дальше с ней нет проблем, ее можно спокойно вписывать в общую схему, отводить ей какое-то определенное место, ну и так далее. Всегда понятно, о чем этого человека спрашивать, куда приглашать, на какие темы говорить.

Интересная и богатая суждения вышла разговор журналистки ПРЕ и известного продюсера (на его счету «Мамай»), президента общественной организации «Западно-Европейский Институт» Арама Геворкяна. Оказывается, беря интервью, можно еще и вырасти личностно. Все без прикрас читайте здесь.

- Над чем Вы сейчас работаете?

- Многие проекты на стадии разработки. Одни смотрят: финансировать или нет, потому ситуативно все сейчас финансируется из Москвы. Конечно, можно рассчитывать и на украинский прокат, однако шансов мало и нужно подстраховаться каким рынком. Относительно конкретики проектов, является проект под названием «Завет», над которым я сейчас работаю.